ГЛАЗ НАРОДА

Мифы и легенды о первой телестудии Ижевска
Яна Шамаева
Журналист
3 ноября 2016
Региональное телевидение в Удмуртии появилось в 1956 году - одним из первых в Советском Союзе. К примеру, в Пермском крае его запустили в 1958 году, в Татарстане и Башкирии – в 1959, и лишь в 1960 в Марий-Эл.

За прошедшие 60 лет телевизионщики Удмуртии воспитали целое поколение настоящих профессионалов своего дела, а ведущие Ижевской студии телевидения, как изначально называлась будущая Гостелерадиокомпания «Удмуртия», стали практически родными для сотен тысяч телезрителей, начинающих свой день программой «Доброе утро» и заканчивающих вечерним выпуском новостей. Само здание, которое находится на улице Песочной, дом №13 стало своеобразным центром притяжения для тех, кто любит телевидение и интересуется им.

Накануне юбилея главной телерадиокомпании Удмуртии корреспондент ИА Сусанин посетила телевизионную «кухню» региона и узнала о самых интересных и важных моментах в истории становления ГТРК «Удмуртия».
«Оборонный» телецентр
Решение о строительстве телецентра в Удмуртии приняли директора военных заводов республики. Площадка стала одной из первых среди региональных проектов подобного масштаба в Советском Союзе. Осваивать новые технологии как в строительстве, так и в телевещании приходилось быстро, а иногда и на ходу – отсюда множество курьезов и интересных историй.

Так, на монтаж телевышки в 1963 году прислали рабочих, которые всю зарплату тратили на водку, но работали при этом быстро и бесстрашно. История из жизни старшего инженера ижевского телецентра Павла Соколовского сохранилась в книге «Телевидение Удмуртии».

«Шел монтаж мачты – прорабом монтажников был Соколов Владимир Федорович, хороший прораб, умел держать в руках монтажников. А надо сказать, что в основном у него работали уголовники: те, что только вышли и скоро сядут. И вот помню случай: зарплата, кто-то из них купил штаны, китайские такие, за 6 рублей. Тогда на этом месте, где сейчас телецентр, вагончики стояли, в них и жили. Приходит, говорит: «Штаны купил». С ним никто и разговаривать не хочет. «Ты, что, мол, порядка не знаешь?» Он тоже молча уходит и возвращается с двумя сетками водки и селедкой. На утро на работу никто не вышел, все спят. 10 часов. Надо ящики вскрывать, оборудование поднимать, они – как трупы. Прораб спокоен: «Пока всю зарплату не пропьют – бесполезно». Проснутся, на лавочке сядут, и вот сидят, друг друга уговаривают: «Сходи, мол, аванс попроси». Дней пять так. А потом…

Как звери заработали. Это надо было видеть, как они работали. Высота 100 метров, а они по жердочкам туда-сюда, ни за что не цепляясь, не страхуясь…
С глазу на глаз
Коллектив Ижевской станции телевидения быстро осваивал новые технологии и уже через несколько лет после открытия, телевизионщики из Ижевска начали готовить передачи для центрального телевидения, выходить в прямой эфир с крупных праздников, мероприятий, представлений. Никаких телесуфлеров - устройств для чтения текста «с колес», в то время не было, тексты приходилось заучивать наизусть.
«Мы работали только в прямом эфире, про то, что все это можно записать, мы даже не слышали. Сейчас очень многие программы записываются и выдаются в эфир. Если посмотреть на камеру, там есть обязательно суфлер», - вспоминает диктор и ведущая программ ГТРК «Удмуртия» с 1975 года Вера Орлова.

Возможности 10 раз переписать запись не было – зато общение с телезрителем получалось живым и естественным. По словам Веры Орловой, перед камерой и в эфире ты был таким, какой есть на самом деле: со всеми своими недостатками и преимуществами.

С тех пор все колоссально изменилось: от коллектива, до технического перевооружения и информационной составляющей. Прежним остался только интерес к любимой работе.
Кстати, самое сложное в труде тележурналиста, по словам Орловой – сделать неинтересную программу («Решение партии в жизнь», например») по-настоящему искренней и настоящей.

Не обходилось и без веселых историй и казусов. Бывало и такое, что как накатит в прямом эфире «дикий» смех, так и не остановишься. Случалось и наоборот:

«У меня не стало папы, я работала в прямом эфире, читала новости и вдруг все – у меня комок в горле я не могла ни слова сказать, я где-то минуты три сидела молча в эфире. Три минуты в эфире молчать – это же вообще что-то страшное», - рассказывает она.
Дикторам на радио приходилось не легче: ошибки в работе во времена Советского Союза грозили расстрелом.

История произошла во времена правления Сталина, при создании радиопрограммы. Если сейчас работу видеомонтажера можно отредактировать простым нажатием клавиш на клавиатуре и в любой момент вернуть удаленную часть, то тогда пленку резали и склеивали в необходимой последовательности вручную.

Вот точно так, просто и незаметно монтажеры отрезали от записи про товарища Сталина букву «С», а кусок пленки выбросили в специальную корзину с отрезками. Ошибку обнаружили, когда начали отслушивать материал, а там вместо фамилии вождя – Талин.

Начали искать в корзине этот кусок пленки, но так и не нашли, зато нашли другое слово со звуком «С», вырезали его оттуда, виртуозно приклеили к «Талину», выдали в эфир и дружно выдохнули. Эфир прошел без эксцессов, а слушатели ничего и не заметили.
Еще одно жертвой цензуры стал Владимир Иванов, работавший в ГТРК звукорежиссером студии телевидения.

20 июня 1973 года ему объявили выговор за хранение в фонотеке студии телевидения личных магнитозаписей. Тогдашний директор телестудии Ложкин застал его за прослушиванием записей Высоцкого.

«Ну, застал так застал! Может быть, я и прослушивал эти записи для того, чтобы изъять их из обращения. К тому же, родной коллектив в лице Дориты Яковлевны Липерт, пытаясь защитить меня, уверял начальство, что Иванов В.М. любит только классическую музыку и, стало быть, прослушивание Высоцкого – досадная случайность.

А если по правде, то в те времена (да и сейчас, смею надеяться) я был самым «богатеньким» обладателем записей Владимира Семеновича», - рассказал звукорежиссер. (История из книги «Телевидение в Удмуртии»).
Кануло в лету
Время летело, Ижевская студия телевидения развивалась. Начиная с 70-х годов в домах ижевчан появились цветные телевизоры, а телевидение набирало невероятные обороты популярности. У телеканала появилось множество авторских программ, сотворенных творческим коллективом, который горел на работе и был полон энтузиазма.

Сейчас в компании новый поворот событий - современное оборудование и упор на информационную составляющую, как результат работы всех государственных телерадиокомпания под единым брендом «Россия 1».

«У нас новые камеры, у нас новое оборудование, новый свет, новые студии. Мы стали более информационными. Это требование времени и старшего коллеги ВГТРК. Мы делаем упор именно на информационной составляющей в большинстве наших выпусков. У нас «Россия 1. Удмуртия», «Россия 24. Удмуртия» - бренд один, поэтому мы очень плотно работаем со всеми регионами. Если какое-то событие произошло, допустим, на Камчатке, мы можем оперативно связаться с нашими дальневосточными коллегами», - рассказал руководитель службы информации, замдиректора ГТРК «Удмуртия» Владимир Кулемин.
Сейчас служба информации состоит из редакции «Вестей», «Иворъёс», «Доброе утро» и отдельной редакции «Россия 24». В общей связке все они в течение дня освещают информационную картину не только на русском, но и на удмуртском языке.

«Новостник – это болезнь, человек так просто оттуда не выберется, потому что новости – это вирус и если ты заразился им, то вакцины нет. Без новостей, жизнь станет скучной. И хотя, сейчас есть такой модный тренд: я не смотрю телевизор, я не смотрю новости, но я вижу, что, если мы сделали какой-то острый сюжет, то отклики идут и от людей, которые якобы не смотрят телевизор», - отметил Кулемин.
Тяжела и неказиста
Не забыли мы про операторов и монтажеров – людей, как воздух необходимых для телевидения, но всегда остающихся за кадром. Так вот: первым телеоператорам тоже приходилось нелегко: пленку клеили вручную, а камеры весили по несколько десятков килограммов, павильонные – более 150 килограммов вместе с огромным и тяжёлым штативом на колесиках. С них вели прямые эфиры и записи со спортивных мероприятий, концертов, спектаклей. Специально для их перевозки у телекомпании было два автобуса.
Разъездная жизнь операторов тоже не обходилась без интересных случаев: утром едешь куда-нибудь в колхоз, а после обеда - в кабинет президента республики. В суматохе забываешь не только кассету или оборудование, но и успеваешь попасть в какую-нибудь смешную ситуацию.

«Случай однажды произошел – и грустно, и смешно. В Ленинском районе пожар был в частном доме. Мы приехали туда, дом сгорел, пожарные уже собирали шланги. Вынесли мужчину из дома и начали делать ему искусственное дыхание, чтобы оживить.

Соседи как увидели это, подбежали с криками: «вы чего делаете?». Пожарные им: «как чего? Оживить пытаемся».

Соседи в ответ: «так он два дня уже как скончался».

«Оказалось, лежал в гробу, свечка упала, а дома никого не было и все загорелось. Гроб-то сгорел, а пожарные и не поняли, просто думали человек задохнулся и вынесли его», - рассказал телеоператор ГТРК Удмуртия Ленар Кадыров.
Несмотря на экономический кризис, грянувший в стране в начале 90-х годов прошлого века, именно это время стало очень плодотворным для молодых и талантливых телевизионщиков Удмуртии. Тогда на ГТРК создавали передачи про электронную музыку «Рыба Морзе», первое ТВ-шоу «Не Париж, но» и многие другие. Тогда же в Ижевск приехала, ставшая в последствии популярной на всю Россию, группа «Технология». Сейчас ходит такая легенда, что свое название музыкальный коллектив придумал именно во время съемок в Ижевске клипа на песню «Холодный след».
Вперед в будущее
Современная история Ижевской студии телевидения полна побед и достижений. Сегодня ГТРК «Удмуртия» работает в условиях оснащенности самым современным оборудованием и новых павильонов. В свой немаленький возраст – 60 лет, компания только начинает набирать обороты, а по словам директора Веры Кадыровой, сейчас они, напротив, молоды, мобильны, энергичны, интересны и оперативны.
Made on
Tilda